Танина рулетка

АНО "Наставнический центр Александра Гезалова"

Танина рулетка

06.11.2021 Истории подопечных 0

30 июня мы видели Таню в последний раз. Это было перед самым отъездом ее на две смены в лагеря, куда ее, несмотря на исполнившиеся в июле 18 лет, в директивном порядке отправил родной детский дом. Мы предлагали ей настоять на своем и не ехать на вторую смену, куда она так не хотела, а приехать уже к нам, пока у нас с мужем отпуска и пока еще едет прием в колледжи и есть места на подходящую ей специальность. Она поначалу очень воодушевилась, но директор детского дома быстро объяснила ей, почему это совершенно невозможно, и почему надо дождаться конца августа. Вторая смена уже проплачена, а в конце августа – выпускной из детского дома, как можно пропустить это знаменательное событие?

Все два месяца, которые она проводила в лагерях, мы постоянно созванивались, обсуждали, что и как она будет у нас делать, строили планы. Но когда она вернулась после второй смены, на нее началось сильное давление на тему того, насколько лучше ей будет остаться в регионе, что ей уже подготовлено место в СУЗе, что тут ей будут идти какие-то выплаты, которых не будет в Москве, что не хватает каких-то документов, непонятно каких, и так далее.

Я решилась на последнее средство, предложила ей спокойно поехать в СУЗ, куда ее отправляют, там ей отдадут ее документы и мед. карту, а я за ней туда приеду и просто заберу в Москву. Никто не имеет права ее остановить, ей 18 лет, и она не ограничена в правах. Я сказала, что я буду с ней все время и не оставлю ее наедине со взрослыми, которые давят на нее, только ей надо не бояться и понимать свои права.

И после этого Таню как будто подменили, во-первых, она сменила телефонный номер, не предупредив нас, а потом сочинив какую-то мало правдоподобную историю. Во-вторых, стала пропадать на несколько дней и была достаточно отстраненной, а во время телефонных разговоров либо просила деньги на что-то необходимое, либо как заведенная твердила «Это мое решение. Я так решила. Мне будет тут лучше». Слышать это было очень грустно.

Мы поговорили с мужем, посоветовались с Сашей Гезаловым, поговорили с психологами, которые и познакомили меня с Таней, и приняли решение не делать больше никаких шагов в ту сторону. Хотя мне было невыносимо жалко Таню, ведь она не только отрезала себя от нового опыта или каких-то жизненных перспектив, но, что очень важно, лишила себя общения с взрослыми, которые были по –настоящему заинтересованы в ее судьбе, а осталась с теми, кому она нужна в общем-то для галочки, для отчетности. Кроме того, я намеревалась серьезно заняться ее здоровьем, которое на данный момент оставляет желать лучшего и с тем уровнем медицинской помощи, который мы имеем в регионах, будет только ухудшаться. Я честно пыталась объяснить ей все это, прямо, потому что она уже взрослый человек и должна начинать понимать, что никто за нее про нее саму не подумает. Все бессмысленно. «Я приняла решение. Это правильно. Всем будет только легче, если я останусь тут».

Прошло два месяца, за это время от нее была пара сообщений: как дела? У меня все хорошо, просто отлично. Но пару дней назад она позвонила, сказала, что умер брат, ей нужны деньги на цветы, а еще поесть вечером надо. Я, конечно же, начала выспрашивать подробности, и, конечно же, Таня начала путаться в показаниях…Думаю, что наше общение еще не закончено. И, надеюсь, что мы сможем еще сделать для Тани что-нибудь полезное. Утешаю себя тем, что, в любом случае, наше общение не было бесполезным для нее, ведь любому человеку очень важно знать, что есть люди, о которых он точно знает, что может всегда им позвонить и попросить о помощи, и что они всегда думают о нем, причем как именно о нем, а не как еще об одном ребенке из системы.

Мария Печерская,

специально для нашего сайта

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.